Ряд сепаратных актов


Важное значение имело «Положение о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий», определившее конечную цель реформы — создание общинной земельной собственности крестьян. «Положение в губернских и уездных по крестьянским делам учреждениях» создавало аппарат проведения реформы и пореформенного регулирования сельского быта. Общее для всех крестьян значение имели и «Правила о порядке приведения в действие Положений о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости». Таковы те документы, под юридические нормы которых подпадала вся империя.
Но был ряд сепаратных актов, учитывающих особенности отдельных регионов страны. Это «Местное положение о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях в губерниях: Великороссийских, Новороссийских и Белорусских»; «Местное положение о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях в губерниях Малороссийских: Черниговской, Полтавской и части Харьковской»; «Местное положение о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях в губерниях: Киевской, Подольской и Волынской»; «Местное положение о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях в губерниях: Виленской, Гродненской, Ковенской, Минской и части Витебской». Два последних местных положения отражали тот факт, что эти губернии в пред-реформенное время жили по юридическим нормам так называемых инвентарных правил.
И третий массив юридических актов — «Дополнительные правила» — касался условий освобождения крестьян мелкопоместных владельцев, категорий «приписных» крестьян, т. е. крепостных, отбывавших барщину на частных горных заводах, работников пермских частных горных заводов и соляных промыслов, крестьян, работавших на помещичьих фабриках и заводах. Другие «Дополнительные правила» регулировали отмену крепостного права в Земле Войска Донского и Сибири, а также в Бессарабии,
Таким образом, эти акты охватывают всю территорию Российской империи, за исключением Эстляндской, Кур-ляндской и Лифляндской губерний (нынешних Эстонии и Латвии), где личное освобождение, как уже говорилось, произошло в первые десятилетия XIX в.
Само собой разумеется, что предметом особых забот царизма было создание системы органов, призванных осуществлять реформы и контролировать положение в стране в острый момент, когда царизм «будил стихию», как метко определил К. Маркс. Характерной особенностью этих органов был их временный и чрезвычайный характер. Наиболее дальновидные чиновники верхнего этажа власти в стране понимали, что проводить реформу через известные и привычные органы власти невозможно, потому что низшим звеном в иерархии власти, непосредствено выполнявшим функции классового подавления крестьян, был помещик, а подавляющее большинство помещиков было враждебно настроено к реформе. Не меньшее значение имел и тот очевидный факт, что в глазах крестьян любое действие помещика или какого-либо другого представителя местной власти по «улучшению их быта» будет встречено в лучшем случае недоверчиво. Именно поэтому была создана система органов, в общем и целом формально независимая от существовавших различных ведомств и массы помещиков.