Поведение войск при подавлении восстания


Касаясь поведения войск при подавлении восстания, Александр II сообщает, что известие о жертвах его неприятно поразило,— он мог бы согласиться с неизбежностью жертв, если бы они привели к успокоению. А затем очень интересная тирада царя: «Я вам по-отечески доверяю и желаю, чтобы вы были довольны и чтобы крестьяне могли быть довольны. Вы... безусловно, не хотели такого влияния нового положения. Это результат несовершенства закона, и я убежден, что вы этого не хотели.
...Скажите своему дворянству, что я ему доверяю, но первостепенным делом является уточнение закона. Нужно преодолеть плохие последствия кадастра. Жалобы крестьян на помещиков, к сожалению, в большом количестве поступили ко мне в Гапсале (это курорт, где был Александр II.— Б. Л.). У вас, однако, уважают закон, что, к сожалению, в империи встречается не везде. К. Но и крестьяне сделали шаг вперед в понимании закона и права по сравнению с 1816 г.
Л. 1816 г. дал им свободу.
К. В 1804 г. попытались регулировать повинности и получили волнения, в 1816 г. дали свободу без беспокойств. Сейчас, когда снова коснулись регулирования барщинных работ, определенных «Положением 1804 г.», возникли снова волнения.
А. Это свидетельство сложности задачи.
К. Вопрос [освобождения.— Б. Л.} личности — легкий, материальный — сложнее...
А. Скажите дворянству, что, когда оно ошибается, пусть открыто это признает и спешит внести поправки в свои предложения. Я ему доверяю по-отечески — мы хотим того же. Оно должно делать это в его же собственных интересах. [Вопрос] высшей важности, чтобы тяжесть барщины не росла» \
Беседа очень хорошо отражает позицию Александра II, который как бы обращается к губернским комитетам, предупреждая их от увлечения своими эгоистическими интересами в ущерб интересам общеклассовым. Эту позицию можно назвать стратегической, но в беседе вполне определенно вырисовывается и тактическая: не допустить ухудшения положения крестьян — не поднимать уровень повинностей выше существующего в условиях эстляндских. А русских? Очевидно, не лишать крестьян земли, которой они пользуются. Таким образом, «война в Махтре» дала толчок дальнейшей радикализации первоначальных оснований «улучшения быта крестьян».
Следует добавить, что через три дня после беседы Александра II с Кейзерлингом и конечно же независимо от нее «Колокол» начинает публикацию статьи, вероятно написанной Ю. Ф. Самариным, в которой резко критикуется «Программа» от 21 апреля 1858 г. и прямо ставится вопрос о том, что правительство не должно устраняться от выработки «Положений». Оно не должно перекладывать важнейшее дело целиком и полностью на очень неустойчивые плечи комитетов, а четко «утвердить за крестьянами право собственности на мирские земли и вознаградить за них дворянство» 2. Совершенно очевидно, что Александр II, внимательно читавший «Колокол», не мог не ощутить давление «снизу» и не мог не считаться с ним.

Ключевые слова:

Похожие страницы