Сбор статистических сведений


Итак, «предварительные» занятия комитетов, по существу, сводились к сбору статистических сведений о состоянии помещичьих имений, который, как предполагалось, сможет быть проведен быстро, так как для этого имелись все условия: разработанный вопросник, о котором речь шла выше, и заинтересованность помещиков в определении «цены эмансипации». Однако сбор сведений растянулся, что было проявлением массового саботажа помещиков, которые смекнули, что растягивание «предварительных» занятий комитета по времени автоматически отодвинет наступление «окончательных» занятий, т. е. составление проектов «Положений».
По письмам М. Е. Салтыкова-Щедрина, который в это время был вице-губернатором Рязанской губернии, мы можем почти с полной хронологической последовательностью восстановить историю этого саботажа на примере Рязанского губернского комитета. 29 июня 1858 г. Салтыков-Щедрин пишет: «Эманципация, которую здесь называют «мадам эманципация», производит на всех какое-то тусклое впечатление. 25-го числа были здесь выборы в члены Комитета (писатель везде употребляет прописную букву, подчеркивая свое отношение к этому учреждению.— Б. Л.), но так как выборы были по уездам, то результаты не все еще известны. В числе известных не много утешительного: выбирают большею частью горланов. На одном дворянском собрании один отставной военный долго крепился и молчал, но под конец не выдержал и выразился так: «Отлично, господа! Все это хорошо! Только я вам вот что скажу: хоть вы пятьсот рублей штрафу положите, а уж я по мордасам их колотить все-таки буду!» Под такой вот утробный вой крепостников и шли выборы; писатель поэтому в скобках комментирует эту тираду одним французским словом — historique, т. е. исторически верно, и продолжает: «Рвения к освобождению крестьян не заметно никакого, а, напротив, слышен повсюду плач и скрежет зубовный. Кошелев (славянофил, редактор-издатель «Сельского благоустройства», которое уже упоминалось.— Б.Л.) назначен здесь членом от правительства... Крестьяне здесь почти везде не хотят навозить свою землю на том основании, что неизвестно, где чья земля будет» \ Так рисует писатель расстановку сил в комитете и в целом в губернии в самом начале деятельности комитета. В письме от 1 октября того же года он замечает: «Кошелев теперь здесь и ужасно буянит в Комитете». И ясно, почему «буянит»,— любая его более или менее либеральная идея принималась в штыки. Так, например, сообщая в письме от 29 января 1859 г. о том, что у него «дела пропасть, и в особенности с Комитетом, члены которого ведут себя очень дурно», Салтыков-Щедрин прибавляет: «В особенности страдает от этого старец (заметим в скобках, что это говорится о 53-летнем человеке.— Б. Л.) Кошелев, которого все здесь считают бунтовщиком и ненавидят до смерти» 2. Писатель фиксирует напряженную обстановку в комитете, его общее крепостническое настроение, вследствие которого умеренно либеральные взгляды Кошелева квалифицируются бунтовщическими: «Здешний Комитет ничего доброго не делает: говорят напыщенные фразы, нелепости и друг с другом ругаются».

Ключевые слова: ,

Похожие страницы